• Логин:
  • Пароль:

Изменение миграционной карты

Действуй, объясняться будешь. Чатрукьян знал, что ему делать. Знал он и то, что, когда пыль осядет, он либо станет героем АНБ, либо пополнит ряды тех, кто ищет работу. В огромной дешифровальной машине завелся вирус - в этом он был абсолютно уверен.

Существовал только один разумный путь - выключить. Чатрукьян знал и то, что выключить «ТРАНСТЕКСТ» можно двумя способами. Первый - с личного терминала коммандера, запертого в его кабинете, и он, конечно, исключался. Второй - с помощью ручного выключателя, расположенного в одном из ярусов под помещением шифровалки. Чатрукьян тяжело сглотнул. Он терпеть не мог эти ярусы. Он был там только один раз, когда проходил подготовку.

Этот враждебный мир заполняли рабочие мостки, фреоновые трубки и пропасть глубиной 136 футов, на дне которой располагались генераторы питания «ТРАНСТЕКСТА»… Чатрукьяну страшно не хотелось погружаться в этот мир, да и вставать на пути Стратмора было далеко не безопасно, но долг есть долг.

«Завтра они скажут мне спасибо», - подумал он, так и не решив, правильно ли поступает. Набрав полные легкие воздуха, Чатрукьян открыл металлический шкафчик старшего сотрудника лаборатории систем безопасности. На полке с компьютерными деталями, спрятанными за накопителем носителей информации, лежала кружка выпускника Стэнфордского университета и тестер. Не коснувшись краев, он вытащил из нее ключ Медеко.

Коммандер, не думаете же вы… - Сьюзан расхохоталась. Но Стратмор не дал ей договорить. - Сьюзан, это же абсолютно ясно. Танкадо выгравировал ключ «Цифровой крепости» на кольце. Золото долговечно. Что бы он ни делал - спал, стоял под душем, ел, - ключ всегда при нем, в любую минуту готовый для опубликования.

- На пальце? - усомнилась Сьюзан.

Люди на подиуме перешептывались.

Беккер кивнул, стараясь не смотреть на серебряную дужку в верхней губе парня. - Табу Иуда, - произнес тот как ни в чем не бывало. Беккер посмотрел на него с недоумением. Панк сплюнул в проход, явно раздраженный невежеством собеседника. - Табу Иуда. Самый великий панк со времен Злого Сида.

Он был зашифрован с помощью некоего нового алгоритма, с которым фильтры еще не сталкивались. Джаббе потребовалось почти шесть часов, чтобы их настроить. Бринкерхофф выглядел растерянным. - Стратмор был вне. Он заставил Джаббу вмонтировать в «ТРАНСТЕКСТ» переключатель системы «Сквозь строй», чтобы отключить фильтры в случае, если такое повторится. - Господи Иисусе.  - Бринкерхофф присвистнул.

В этом и заключается наша работа. Это наш долг. Нравится нам это или нет, но демократию от анархии отделяет не очень-то прочная дверь, и АНБ ее охраняет. Хейл задумчиво кивнул: - Quis custodiet ipsos custodes. Сьюзан была озадачена. - Это по-латыни, - объяснил Хейл.

«Что, черт возьми, делает Фонтейн? - Смяв в кулаке бумажный стаканчик, она с силой швырнула его в бачок для мусора.  - В шифровалке творится нечто непонятное. Я чувствую это!» Она знала, что есть только один способ доказать свою правоту - выяснить все самой, а если понадобится, то с помощью Джаббы. Мидж развернулась и направилась к двери. Откуда ни возьмись появился Бринкерхофф и преградил ей дорогу. - Куда держишь путь.

- Домой! - солгала Мидж. Бринкерхофф не уходил с дороги. - Это тебе велел Фонтейн? - спросила .